Сознание за пределами жизни

Издательство «Эксмо» представляет книгу нидерландского кардиолога Пима ван Ломмеля «Сознание за пределами жизни. Наука о жизни после смерти» (перевод Ульяны Сапциной).

Как практикующий врач, раз за разом вытаскивавший пациентов «с той стороны», Пим ван Ломмель своими глазами видел невероятные случаи возвращения к жизни и из первых уст слышал рассказы своих пациентов о том, что они ощутили в момент клинической смерти. В больнице Рейнстейт в Арнеме, где он работал с 1977 по 2003 год, ван Ломмель провел крупномасштабное исследование, одним из впечатляющих результатов которого стала книга «Сознание за пределами жизни», впервые вышедшая в Нидерландах в 2007 году. Книга ван Ломмеля представляет собой, наверное, первую попытку подойти с научных позиций к проблеме возможности существования сознания вне физического тела.

Предлагаем прочитать начало одной из глав книги.

 

Нидерландское исследование околосмертного опыта

Мой научный интерес к феномену ОСО [«околосмертный опыт»] вырос в 1986 году, с началом предпринятого мной пробного исследования. За два года я расспросил всех пациентов, переживших остановку сердца и бывающих у меня на амбулаторных приемах; я выяснял, не сохранилось ли у них каких-либо воспоминаний о периоде, проведенном без сознания. К моему удивлению, 12 из моих 50 пациентов (24 %) заявили об ОСО, в том числе сообщили чрезвычайно трогательные подробности. Но, к сожалению, я не мог объяснить, каким образом у людей сохранились воспоминания о бессознательном состоянии, вызванном остановкой сердца, если, согласно преобладающим научным теориям, это невозможно. В предыдущей главе я привел обзор всех существующих объяснительных моделей, основанных на данных ретроспективных исследований.

Для того чтобы подтвердить или опровергнуть существующие теории о причинах и содержании ОСО в силу более достоверных данных, нам требовалось тщательно продуманное научное исследование. Вот почему в 1988 году ко мне, кардиологу, присоединились в проспективном исследовании Руд ван Веес и Винсент Мейерс — психологи, специализирующиеся на ОСО. На тот момент нигде в мире не предпринималось широкомасштабных проспективных исследований ОСО. Целью нашего исследования было охватить всех, кто в будущем переживет остановку сердца в больницах, участвующих в исследовании. В ходе проспективного исследования у таких пациентов уже через несколько дней после реанимирования спрашивали, не сохранилось ли у них каких-либо воспоминаний о периоде остановки сердца, то есть о периоде, проведенном ими без сознания. Медицинские и прочие данные пациентов тщательно фиксировались до, во время и после их реанимации. Другими словами, в это проспективное исследование должны были войти только пациенты с объективным опытом кризиса, угрожающего жизни. Все эти пациенты умерли бы от остановки сердца, если бы их не удалось реанимировать за 5–10 минут. Планом исследования также была предусмотрена контрольная группа пациентов, переживших остановку сердца, но не сохранивших никаких воспоминаний о периоде, проведенном без сознания.

Организация

Я приступил к чтению лекций для медсестер и врачей различных больниц в надежде заручиться поддержкой в проведении исследования ОСО у реанимированных пациентов в кардиологических отделениях интенсивной терапии этих больниц. Нам удалось включить в наше исследование десять больниц, зачастую благодаря преданности делу сестринского персонала. Кардиологические отделения интенсивной терапии четырех больниц, где я к тому времени работал кардиологом и которые позднее образовали больницу Рейнстат (Rijnstate) в Арнеме-Велпе, участвовали в исследовании в период с 1988 по 1992 годы, как и больница Антониус (Antonius) в Ньивегейне. Пять больниц меньшего размера участвовали не так долго, как перечисленные выше. Мы отказывались от участия больницы, когда выяснялось, что из-за рабочей нагрузки не все выжившие кардиологические пациенты участвуют в исследовании. Последний вариант был особенно частым в тех случаях, когда после реанимации пациенты не сообщали о каких-либо воспоминаниях. Если носители ОСО исключались из исследования, некоторые из его результатов, к примеру, о распространенности ОСО при остановке сердца, могли оказаться искаженными. Мы поддерживали связь с каждой больницей и каждым пациентом из нашего резерва, чтобы иметь возможность обратиться к ним в любой момент. Кроме того, кто-нибудь из нас регулярно посещал больницы и проверял, как ведется работа. Мы подали запросы в комиссии по этике разных больниц и получили от них разрешения. Пациентов всегда спрашивали, согласны ли они участвовать в исследовании; к счастью, все они согласились во время первого собеседования — вероятно, потому что с этой просьбой к ним обращались медсестра или врач больницы, где они лечились.

Уровень смертности пациентов с остановкой сердца

На каждую сотню успешно реанимированных пациентов, которых мы смогли включить в наше исследование, приходилось не менее двухсот человек, умерших от остановки сердца в тот же период. Лишь немногим известно, сколько попыток реанимации предпринимается в кардиологическом отделении интенсивной терапии каждый год, но более половины таких пациентов не выживают после остановки сердца.

Долгосрочное исследование

Долгосрочное исследование жизненных изменений строилось на основе собеседований, проведенных спустя два года и восемь лет со всеми пациентами, которые приобрели ОСО и были живы в указанное время, а также с пациентами после реанимации, составившими контрольную группу, соответствующую по возрасту и полу, но не имеющую ОСО. Вопрос был поставлен следующим образом: являются ли распространенные изменения в жизни, о которых сообщается после ОСО, результатом выживания после остановки сердца, или же эти изменения вызваны самим ОСО. Этот вопрос никогда раньше не был предметом систематических научных исследований.

Собеседованиями по прошествии двух лет руководили Руд ван Веес и Винсент Мейерс, а по прошествии восьми лет собеседования координировала и проводила психолог Ингрид Элфферик, специалист по психологии долголетия. Всю работу для нашего проспективного исследования, в том числе записи собеседований по прошествии двух и восьми лет, проводил сестринский персонал и волонтеры с университетским образованием, которых инструктировали и готовили мы. Исследование было разработано, спланировано и скоординировано Фондом Merkawah, нидерландским отделением IANDS (Международной ассоциации околосмертных исследований), и большинство волонтеров активно участвовало в работе этого фонда. На всем протяжении десяти лет исследований мы не получали никакой помощи от государства, так как исследования околосмертного опыта не могут претендовать на финансовую поддержку таких организаций, как Нидерландский фонд сердца.

Планирование исследования

Мы проводили электрокардиограмму (ЭКГ) всем пациентам, участвующим в нашем исследовании. ЭКГ показывает электрическую активность сердца. У пациентов с остановкой сердца ЭКГ всегда демонстрирует летальную аритмию (желудочковую фибрилляцию, или хаотичное сердцебиение, приводящее к сердечной остановке, после которой сердце можно запустить только с помощью удара электрическим током, или дефибрилляции), или асистолию (ровную линию на ЭКГ). В случае реанимации вне больницы сотрудники «скорой помощи» проводили ЭКГ для нас.

Для успешно реанимированных пациентов мы фиксировали демографические данные, в том числе возраст, пол, уровень образования, религиозную принадлежность, прежние знания об ОСО, а также наличие предшествующего опыта такого рода. Пациентов также спрашивали, было ли им страшно перед остановкой сердца. Кроме того, мы тщательно собирали всю медицинскую информацию — такую как ответы на вопросы: какой была фактическая продолжительность остановки сердца? Какой период времени пациент провел без сознания? Как часто пациенту требовались реанимационные процедуры? Какой характер носила его сердечная аритмия? Понадобилась ли интубация (введение трубки в трахею с целью искусственной вентиляции легких) ввиду продолжительной комы после осложненной реанимации? Наблюдалась ли остановка сердца во время электрофизиологической стимуляции (ЭФС) при катетеризации сердца, когда пациентам обычно проводили дефибрилляцию посредством удара током в грудь, в течение 15–30 секунд? Была ли эта остановка сердца первой у пациента, или ранее такие остановки уже случались? Какие медикаменты и в каких дозах пациент получал до, во время и после реанимации? (В случае продолжительного искусственного дыхания зачастую применяются чрезвычайно сильнодействующие препараты, поддерживающие состояние медикаментозной комы у пациента.) Мы также отмечали, через сколько дней после реанимации происходило собеседование, был ли пациент в это время в ясном сознании, хорошо ли функционирует его кратковременная память.

Первичное собеседование

Во время первичного собеседования, обычно не позднее, чем через пять дней после реанимации, пациенту задавали только один прямой вопрос: «У вас сохранились какие-либо воспоминания о периоде остановки вашего сердца?» Если пациент отвечал на этот вопрос утвердительно, первичное собеседование в свободной форме проводилось и записывалось, предпочтительно кем-нибудь из руководителей исследования, хотя это не всегда оказывалось возможным. Недостаток метода заключался в том, что если пациент числился «в выживших чудом», его помечали как возможного носителя ОСО с наименьшим количеством баллов (1 балл). Однако два года спустя выяснилось, что некоторые из пациентов с минимальными баллами не приобрели ОСО. Аналогично, несколько пациентов, внесенных в список не получивших ОСО, сообщили о его приобретении через два года. Сразу после реанимации они умалчивали о своем ОСО — это обычное явление, так как людям с трудом удается осознать свой невероятный опыт, и они хранят молчание, боясь, что над ними посмеются или не поверят. К этим вопросам я вернусь при обсуждении результатов долгосрочного исследования.

Скрытый знак, видимый только при внетелесном опыте

В одной из больниц Арнема на верхний колпак хирургической лампы в реанимационном помещении был помещен скрытый знак, невидимый из обычного положения снизу. Никому из присутствующих врачей или медсестер не сообщали об этом скрытом знаке, чтобы они не оказывали влияния на пациентов. Даже я никогда не знал, какой именно знак (крест, круг, квадрат, красный, желтый или синий) поместил туда один из моих коллег. Увы, никто из пациентов, реанимированных в этом помещении, ни разу не сообщил о внетелесном опыте с восприятием. Так как пациентов реанимировали где угодно — на улице, в машине «скорой помощи», в отделении интенсивной терапии, в обычной палате, — мы оценивали шансы на попадание сравнительно низко. И всё же одного подтвержденного внетелесного опыта было бы достаточно. К счастью, в ходе исследования одна медсестра рассказала нам о случае со вставными челюстями, приведенном в одной из предыдущих глав, — правда, эта реанимация проводилась в помещении, где не было скрытого знака.

Планирование долгосрочного исследования

Последующие собеседования — через два года и через восемь лет записывались на пленку и расшифровывались. Это позволило нам сравнить содержание ОСО с опытом, о котором сообщали нам в больницах непосредственно после остановки сердца. Поразительно, что спустя два года и восемь лет пациенты описывали свой ОСО почти теми же словами, вплоть до мельчайших деталей. Если речь идет о сновидении или выдуманной истории, такое совпадение почти невозможно. При последующем собеседовании всех участников просили заполнить опросник Кеннета Ринга по изменениям в жизни. В этот опросник входит 34 вопроса, касающихся представлений о себе, сострадания к окружающим, материальных и социальных проблем, религиозных и духовных сфер, отношения к смерти. Для того чтобы уточнить степень перемен, пациентов просили отвечать на эти вопросы с помощью пятибалльной шкалы.

Для собеседования по прошествии восьми лет опросник дополнили вопросами по медицинским и психологическим аспектам, составленными Нидерландским фондом сердца; в них входил список вопросов о том, как пациенты справляются с проблемами, и отдельный раздел, посвященный депрессии. Вопросы были добавлены в целях качественного анализа, поскольку по прошествии восьми лет лишь немногие участники исследования были еще живы и численность исследуемой группы заметно сократилась.

Все результаты проспективного и долгосрочного исследования были статистически проанализированы с целью выявления значительных различий с Р ≤ 0,05, где Р — вероятность получения статистически значимого различия. Р ≤ 0,05 означает, что вероятность исключительно случайного получения такого результата составляет не более 5 %. Чем ниже величина Р, тем более значимо различен результат.

Результаты проспективного исследования

Статья о нидерландском исследовании была опубликована в журнале The Lancet в декабре 2001 года. За четырехлетний период с 1988 по 1992 год в исследование было включено 344 последовательно поступивших пациента, которые перенесли в целом 509 успешных процедур реанимации. Иными словами, все пациенты в нашем исследовании побывали в состоянии клинической смерти. По определению, клиническая смерть — это период бессознательного состояния, вызванного отсутствием поступления кислорода в мозг  (аноксией) ввиду остановки кровообращения, дыхания или и того, и другого вследствие остановки сердца у пациентов с острым инфарктом миокарда. Если не приступить к реанимации, клеткам мозга за 5–10 минут наносится необратимый ущерб и пациент неизбежно умирает. Те, кто пережил реанимацию с осложнениями вне больницы, были значительно моложе, и лишь двенадцать пациентов выжили после остановки сердца продолжительностью более десяти минут. Статистика свидетельствует, что лишь 10 % тех, кто пережил остановку сердца вне больницы, покидают ее живыми, поскольку часто у них обнаруживается необратимый ущерб, нанесенный мозгу, который приводит к смерти мозга и в конечном итоге — к смерти человека.

Зафиксированные данные по 344 участникам исследования

Количество процедур реанимации — 509

Средний возраст — 62 года

Количество мужчин — 73 %

Количество женщин — 27 %

Религиозность — 72 %

Среднее образование — 66 %

Знавших ранее об ОСО — 57 %

Имевших ранее ОСО — 4 %

Страх смерти — 2 %

Первый инфаркт миокарда — 86 %

Реанимация в больнице — 234 пациента (68 %)

– во время остановки сердца длительностью меньше 2 мин. — 190 пациентов (81 %)

– во время остановки сердца длительностью меньше 5 мин. — 187 пациентов (80 %)

Реанимация вне больницы — 110 пациентов (32 %)

– во время остановки сердца длительностью больше 2 мин. — 88 пациентов (80 %)

– во время остановки сердца длительностью больше 10 мин. — 62 пациента (56 %)

Бессознательное состояние дольше 1 часа — 104 пациента

Искусственная вентиляция легких во время длительной комы — 1 (2 %)

Кратковременные нарушения памяти — 41 пациент

Результаты проспективного исследования

Процент ОСО

Если пациенты сообщали о том, что у них сохранились воспоминания о периоде, проведенном без сознания, этот опыт учитывался согласно взвешенному индексу ядра опыта (WCEI, см. подробнее главу 2). Чем больше было элементов, о которых сообщал пациент, тем выше балл и глубже ОСО. В нашем исследовании выяснилось, что 282 пациента (82 %) не имели воспоминаний о периоде, который они провели без сознания, в то время как 62 пациента (18 % от 344 пациентов) сообщили об ОСО. Из этих 62 пациентов с воспоминаниями у 21 пациента сохранились некоторые воспоминания лишь о нескольких элементах; их ОСО был учтен как поверхностный с низким количеством баллов. У 18 пациентов имелся умеренно глубокий ОСО, у 17 пациентов — глубокий ОСО и у 6 пациентов — очень глубокий ОСО.

В сравнении с результатами ретроспективных исследований намного более низкий процент носителей ОСО здесь бросается в глаза. Это прямое следствие проспективного плана исследования и того факта, что мы обратились к группе пациентов намного более старшего возраста. Лишь 12 % пациентов получили шесть баллов и более (умеренно глубокий, глубокий и очень глубокий ОСО). Так определилось ядро опыта, поскольку в ретроспективных исследованиях шесть баллов соответствуют точке отсечения для признания запомненного опыта как ОСО. Если мы сопоставим процент ОСО с количеством реанимационных процедур, у нас останется всего 5 %. Женщины, средний возраст которых оказался выше, сообщали о существенно более глубоком ОСО, как и люди, которых реанимировали вне больницы, и пациенты, испытывавшие острый страх перед остановкой сердца.

Еще одним поразительным результатом стало то, что носители глубокого и в особенности очень глубокого ОСО имели значительно более высокую вероятность (Р ≤ 0,001) смерти в течение тридцати дней после остановки сердца, несмотря на отсутствие медицинских отличий от других пациентов. Предложить адекватное объяснение этому явлению я не в состоянии. Но, возможно, после глубокого или очень глубокого ОСО люди утрачивали страх смерти до такой степени, что смогли уйти из жизни и покинуть свои тела. Нам известно, что люди способны в некоторой степени контролировать время своей смерти. Например, если семья сильно опечалена при виде матери или отца на смертном одре и не отходит от него ни на шаг круглые сутки, заливаясь слезами, умирающий просто не в состоянии уйти из жизни. Обычно он умирает, стоит его близким отлучиться. В другом примере человек, находящийся при смерти, ждал приезда дочери из Австралии, опровергая все медицинские прогнозы и оставаясь в живых, пока спустя несколько дней дочь наконец не приехала. У каждого, кому случалось работать в больнице или хосписе, хранятся в памяти подобные случаи.

Источник: polit.ru

Добавить комментарий